Витамины, спортивное питание, косметика, травы, продукты

Начало истории моей жизни

«Сила хранит Вас, но Вы не знаете как».

К. Кастанеда

Моя карма создала для меня свой неповторимый узор кривых и прямых дорог к моему предназначению. Я родилась в очень бедной семье, где царили бесконеч­ные ссоры родителей, родилась очень слабой, врачи подозревали, что «этот ребенок» не выживет. У меня остались яркие воспоминания, что, когда меня клали спать, я видела чудесные световые потоки, они двига­лись, переливались разнообразными красками, и все было усеяно яркими светящимися точками. С небес ко мне спускалась прекрасная женщина в разных необык­новенных платьях, и я завороженно смотрела на нее, чувствуя любовь и нежность, исходившую от нее. Счастливая и спокойная, я засыпала. Прошло время, и я перестала ее видеть.

Часто, когда я гостила в деревне у бабушки или отдыхала в пионерском лагере, то есть находилась вне дома, я не могла спать ночами, засыпая только к утру. Когда я ложилась спать, у меня перед глазами возникали разные кошмарные картины: под моей кроватью как бы открывалась дверь, и вихрь пытался унести меня под землю, где я наряду со скелетами видела каких-то не­понятных существ. Мне было мерзко, отвратительно, страшно, и я старалась не засыпать вообще, только к утру кошмарные видения покидали меня.

В семь лет мне приснился очень необычный сон. Я понимала, что я во сне, но не сплю. Звучал мощный колокол, и мне мысленно говорили, что я нахожусь на границе жизни и смерти. Мне объяснили, что я немного ошиблась в воплощении, выбрав себе непод­ходящие условия, и что впереди меня ждут тяжелые страдания, и я могу их не выдержать, покончив жизнь самоубийством, тем самым ухудшив свой эволюцион­ный путь. Мне предлагалось умереть, но мой дух вы­брал решение жить. Я очнулась оттого, что волосы на моей голове стояли дыбом, а глаза от ужаса были широко открыты. Мой ум отказывался что-либо по­нимать. Я никому об этом не рассказала, но стала часто задумываться о том, что такое смерть, и пони­мала, что это только распад физического тела. Когда я подходила к зеркалу и видела свое отражение, мне все время казалось, что это не я, и я сама себе не верила. Мне очень хотелось знать, кем я являюсь и что за мир меня окружает. После этого сна у меня возникло ощущение — воспоминание о том, что я очень спешила воплотиться в этом мире, но что-то мешало мне это сделать, и я в какие-то доли мгно­вения выбрала свое место зарождения. Эти мысли были очень странными, противоречащими мыслям моей окружающей среды, и я выкинула их из головы, надолго позабыв это проявившееся воспоминание. Постепенно, познавая реальную действительность, я как бы наполнилась разнообразными негативными по­токами, которые меняли мою душу и мои мысли, вы­зывая во мне душевную, а иногда и физическую боль. Не хочу подробно описывать все тяжести своей судьбы, думаю, они по мере сил даны каждому и почти каждый-прошел через суицидные мысли... И конечно, многие из нас искали защиту или утешение у абстрактной выс­шей силы. В качестве такой силы я сначала неосознан­но, а потом осознанно выбрала Солнце. Я стала обра­щаться к нему как к понимающему меня живому суще­ству. Глядя на него, я жаловалась ему обо всех своих невзгодах, если болела, плакала или с кем-то ругалась. Солнце как будто всегда успокаивало меня. («Солнце не только нагревает кожу человека, но и воспламеняет его разум; Солнце не только делится своим теплом, но и выражает свое внутреннее чувство; Солнце не только передает свою термоядерную энергию, но и проецирует свои идеи и требования». Брайан Свимми. Институт культуры и духовного возрождения.) Но не только Солнце я ощущала осознанным организмом, но и при­роду. Все в ней мне казалось живым, одухотворенным. Я любила гулять под сильными проливными дождями и не боялась сверкающих молний и грома, ко мне, наоборот, приходило спокойствие и радость оттого, что я живу в этом мире и могу все это чувствовать. Но также в обыденной жизни я часто удивлялась своим плохим мыслям, не понимая, как я могу так думать. Все больше мир людей казался мне адом, все воспринималось мною болезненно, невыносимо.

Прошло время, я выросла скромной и застенчивой девушкой. Однажды, страдая от первой несчастной любви и вдобавок от зубной боли, я проглотила таблет­ки аспирина. Через некоторое время ко мне пришли сокурсники и угостили меня вином. Вскоре я заснула и почувствовала, как у меня холодеют ноги и руки и постепенно поток энергии поднимается по телу к голо­ве. Я быстро взлетела над Землей и, глядя сверху на нашу прекрасную планету, думала: «Что же меня еще держит на этой Земле?» В ответ на мою мысль я увидела разнообразные картины природы, меня поразила мощь их красоты. Очарованная душа захотела вернуться на Землю. Я проснулась и с сожалением подумала, что мое сознание не хочет жить в этом мире, но душа очарована красотой Земли, и эта привязанность к красивому вер­нула меня на Землю. Раньше я, несмотря на любовь к природе, все равно чувствовала себя чужеродной на Земле, но с этого момента, благодаря данному сновиде­нию, исчезло внутреннее отчуждение, но восприятие людей оставалось негативным. Среди них я была в пол­нейшем одиночестве и изоляции, потому что не нахо­дила понимания. Мои ощущения и виденья другим ка­зались больным бредом. И я перестала об этом говорить, думая, что это мои бесплодные фантазии. Но как бы опровергая мои мысли, судьба привела меня к встрече с одним интересным человеком.

Как-то один из моих друзей сказал мне, что у него есть друг — биолог, который может вызывать у любого спящего человека запланированные кошмары. Это меня заинтересовало, и мне захотелось на своем опыте проверить — так ли это. Я познакомилась с другом моего знакомого, и он сказал мне, что не хочет меня пугать, так как я его не обижала, не злила и вообще не причинила ему ничего плохого. Но я его все-таки уго­ворила прислать мне хотя бы маленький кошмарчик. Он согласился и, расставаясь со мной поздно вечером, сказал: «Жди, сегодня у тебя будет кошмарная ночь». Я внимательно посмотрела на него, и у меня внутри появилось что-то неприятное, один его внешний вид при нашем расставании мог вызвать страх: темный вет­реный осенний вечер, черная шляпа, бросающая тень на очки в черной оправе, за которыми почти не видно его карих глаз, черная борода, черное пальто и перчатки. Я подумала: «Может, зря я все это затеяла», — но отсту­пать мне не хотелось, и я решила: «Будь, что будет». Мы распрощались, и я пришла домой, легла спать и никак не могла заснуть. Страха не было, во мне было радост­ное состояние ожидания нового опыта. В конце концов я заснула. Во сне я увидела, как в мою комнату из угла, держась друг за друга, вошли какие-то существа. Первое было похоже на станок-робот, который с аппетитом поглощал газеты; тщательно их пережевывая. Второе существо напоминало живого человека, лицом похоже­го на Христа, который висел на стенде, и все внутрен­ности его были открыты, к ним было подсоединено множество трубочек, по которым струилась светлая жидкость. Вид первого существа вызвал во мне мысль: «А не начнет ли этот робот меня так жевать?» Вид второго существа вызвал во мне чувство омерзения и отвращения, может быть, жалости, поэтому третье су­щество мне рассматривать не захотелось. Во сне я как бы вся светилась радостью, и эти существа сказали: «Куда мы попали? Рядом с ней мы не хотим быть, пойдем обратно». Они точно так же начали выходить из комнаты, как и вошли,— хороводом, держась друг за друга, ушли в пространство угла комнаты. Через не­сколько дней после этой ночи я снова встретилась с другом моего знакомого и спросила его о моей ночи запланированного кошмара. Он сказал мне: «Ты зна­ешь, в ту ночь я проснулся от жуткого кошмара». Я засмеялась и спросила: «Что случилось?» «Мои приду­манные для тебя неприятные образы вернулись ко мне, и я их испугался. Во сне я им сказал: «Друзья, почему вы ко мне пришли?» Они ответили: «Мы не хотим там быть, куда ты нас послал. Мы хотим помучить тебя». Я очень удивилась тому, что он сказал, и, к сожалению, не расспросила, какие конкретно образы он для меня придумал. Единственно он сказал мне, что, когда при­думывал образы, у него было желание создавать их не очень страшными. Дальнейшие опыты мне проводить расхотелось, и я с данным молодым человеком больше не встречалась. Но после этого случая меня заинтересо­вали сновидения. Я начала их записывать и анализиро­вать.

Однажды во сне я попыталась узнать как бы знание в себе. Задав вопрос: «Существует ли во мне всезна­ние?» — я направила луч внимания в область головы. От этой попытки я почувствовала, что в моем мозге что-то возбудилось, у меня затряслась правая рука, я заговорила каким-то скрипучим, не своим, вздрагива­ющим голосом: «Мама, мама, мама...» Я не могла оста­новиться, хотя знала, что уже не сплю, а просыпаюсь. Раньше со мной такого никогда не случалось, постепен­но возбуждение в мозге погасло, рука больше не тряс­лась, я окончательно проснулась. Я очень испугалась оттого, что потеряла контроль управления над собой. От усталости или благодаря сильному нервному пере­напряжению я снова мгновенно заснула. Проснувшись утром, анализируя сон, я решила больше не исследовать свои сновидения, я поняла, что начинаю вмешиваться в процесс своего сна, а у меня нет на это ни опыта, ни знаний. Я осознала, что могу по собственной глупости и легкомыслию лишить себя здоровья, мне совсем не хотелось себе в чем-то навредить... («Сновидение — этот, на первый взгляд, невинный прием — оказывает столь сокрушительное воздействие на сознание челове- ка, что его можно сравнить с "символической смер­тью"... Нужно хорошо понимать особенности психичес­ких процессов, инициируемых волевым контролем сно­видения, чтобы не поддаться легкомысленной тяге к опасным экспериментам». А. Ксендзюк, «Тайна Карло-са Кастанеды».)

Проходили годы, я закончила технический институт и на праздновании защиты диплома моего знакомого обнаружила в его квартире большое количество ок­культной литературы, ксерокопии старинных рукопи­сей. Эти книги я везде искала и в этот день первый раз, удовлетворенная явной удачей того, что так долго иска­ла их и все-таки нашла, принесла домой столько книг, сколько смогла донести. Я начала читать на работе и ночами дома, почти не спала, хотя раньше любила по­спать подольше. В первый раз я чувствовала неожидан­ный подъем и бодрость. В снах я летала и в момент полета постоянно пыталась открыть глаза. Однажды мне это удалось, и в утреннем тумане я увидела свои про­зрачные руки, которые быстро соединились с моими физическими руками. В это же время мне приснился очень необычный сон, который также повлиял на меня в дальнейшем. В сновидении я ощущала себя неподвиж­но лежащей на кровати, но не в виде физического тела, а как бы состоящей из массы энергетических волокон. На этих волокнах, на мне, играясь, прыгали какие-то маленькие, почти невидимые существа. Они раскачива­лись, весело подскакивали и со звуком «у-у-у-х» пере­летали с одного места на другое. Это было неприятно, но я ничего не могла с ними сделать, только ждала, когда маленькие «невидимки» наиграются. В итоге я просну­лась и поняла, что опять что-то не так делаю.

Я не использовала никакие практики, которые дава­лись в книгах, кроме хатха-йоги и в малой степени раджа-йоги. Пытаясь найти ответы на многочисленные возникающие у меня вопросы, я изучала разные рели­гиозные и оккультные учения, там я находила созвуч­ные мысли, общие взгляды. Они и служили мне посту­латами, остальное отсеивалось как разнообразные про­явления форм одних и тех же суждений. Ненужный материал быстро забывался. Хозяин найденных книг оказался шизофреником, и мне не хотелось поддержи­вать с ним отношения. Продолжая самостоятельно за­ниматься йогой, как-то рано утром, встав с кровати и подойдя к двери, я почувствовала, как снизу вверх под­нялся поток энергии, мое тело одеревенело, и я, стук­нувшись головой о дверь, упала. Помню только ощуще­ние гула в ушах и огромного поля крупного магазина. Энергетическое поле магазина было наполнено сгуст­ком отрицательных мыслей купли-продажи, в котором присутствовали жадные мысли обмана, мысли о беднос­ти, грязных, без любви, сексуальных отношениях и т. п. Очнулась я в позе полулотоса, тело мое вращалось во­круг своей оси, гул в ушах продолжался, и постепенно приходило осознание, где я нахожусь и что я такое непонятное делаю. Ощущение было болезненное, как будто на меня вылили ведро помоев. Я испугалась, что сойду с ума, и перестала заниматься йогой. Физическое и душевное здоровье сразу ухудшилось. Мир все так же казался мне адом. Я не понимала, почему мне в нем так тяжело и почему я страдаю и воспринимаю все очень остро. Но что-то мне говорило, что я должна полюбить этот мир и полюбить, а в большей степени понять всех людей разных градаций — от самых плохих до самых лучших, не исключая никого. Это казалось мне совсем невозможным, потому что в природе эволюции я видела главный закон, определяющий отношения «хищник — жертва». Тем временем на новой работе я познакомилась с юношей, который занимался в группе с духовным наставником. Молодой человек с большим восторгом отзывался о своем наставнике, что заинтересовал меня. Мне захотелось войти в эту группу и поговорить с руководителем. Поэтому на следующее занятие мы приехали с ним вместе. Мой знакомый описал, как выглядит руководитель, и оставил меня одну. Когда указанный человек проходил мимо, я остановила его, не зная, что сказать. Говорила что-то не то, не пони­мая своего истинного желания. Руководитель группы странно посмотрел на меня, и в голове у меня мыс­ленно зазвучал вопрос: «Зачем ты пришла? Скажи главное». Я мысленно ответила, что хочу понять и почувствовать, что такое есть любовь к миру и к людям. Руководитель опустил глаза, а затем медленно поднял их, и я увидела внутренним взором нашу пла­нету, как она зародилась, как появились флора и фауна, как все это менялось на пути эволюции, и весь этот процесс созидания излучал мощную космическую любовь. Я от таких переживаний почувствовала крылья за спиной и необъятную радость; сказав ему «спасибо», я быстро ушла. Мне хотелось осмыслить то, что про­изошло. Люди, наблюдавшие со стороны, смотрели удивленными глазами на нас. Я ехала домой так, как будто летела, свободная и счастливая. Прошли недели, это ощущение космической любви ко всему постепен­но пропало, и я опять понемногу наполнилась чуже­родными негативными потоками. Я думала и посту­пала иногда так плохо, сама того не желая, что в сердце возникало непонятное ощущение боли. Я хо­тела снова прийти к руководителю группы, но не запомнила адреса, где была, и потеряла связь со своим знакомым, который меня туда привел.